Отдых и туризм: Активный отдых в Украине
 Горный Крым

  Качи-кальон

  На юго-западе скала выдается в лес уступом: обогнув ее и двигаясь к югу, встречаем самую крупную пещеру. Перед ней естественная терраса, в левом конце которой вход в виде двери: против входа - выступ с нишей, над ними, по обе стороны - две нитеобразные выемки. По словам Боровко, "некоторые принимают ее за пещерный храм, но не христианский". Разбирает Боровко и основные гипотезы о происхождении пещер. Первая приписывает их образование "народу глубокой древности", "троглодитам" Страбона: эту точку зрения высказывали Дюбуа де Монпере, Д. Струков, Г. Караулов. Другие приписывают крипты христианам, спасавшимся от гонений, иконопочитателям (Паллас и др.). Согласно третьей гипотезе, высказанной немецким ученым Тунманом в 1777 г., Тепе-кермен - это кладбище глубокой древности. "Тепе-кермен, то есть замок горной вершины, - писал он, - высокая, отдельно стоящая гора в виде сахарной головы ... на вершине которой еще и теперь видны остатки крепости, по-видимому, глубочайшей древности. Вся скала покрыта бесчисленным количеством гротов и пещер, расположенных в особом порядке, почти как колумбарии древних. Можно думать, что их назначение и было служить местами погребения".

Интересно, что Тунман упоминает руины крепости на вершине. Сегодня о ее существовании говорят только остатки "постелей" боевой стены, которые вместе с вырубленными в скале верхними маршами дороги свидетельствуют о продуманной системе укреплений, вполне типичной для раннесредневековых крепостей Внутренней гряды - Эски-кермена, Мангупа (на мысе Тешкли-бурун) и др. В этом случае можно рассматривать пещеры над верхним маршем дороги как "пещерные казематы", входившие в систему обороны, а сам Тепе-кермен как феодальный замок раннего средневековья, возможно, возникший на территории укрепленного убежища, с примыкавшим к нему сельским поселением, к которому принадлежали пещеры восточного и юго-восточного склона.

Спустившись с Тепе-кермена и свернув налево по проселочной дороге, выйдем на узкий южный отрог ближайшего плато, на котором находится городище Кыз-кермен - Девичья крепость. С трех сторон оно ограничено почти отвесными обрывами, а с севера соединено с плато узким перешейком, где проходила оборонительная стена, которая прослеживается по покрытому дерном развалу камней длиной 130 м. Древняя колесная дорога с глубокими колеями подходит к стене у самого восточного обрыва, где наверное были ворота, а у западного, видимо, находилась вылазная калитка: вблизи от нее - спуск в ущелье по вырубной лестнице. В 1961 г. археолог А. Л. Якобсон раскопал здесь остатки жилых и хозяйственных строений, принадлежавших поселению VIII-IX вв. В ряде мест городища видны остатки высеченных в скале виноградодавилен. Кыз-кермен по размерам площади, обнесенной стеной, почти не уступал Чуфут-кале и Эски-кермену: так же как и у этих городов, здесь сохранялась обширная незастроенная территория, отделенная от города внутренней стеной необоронительного характера и ныне густо заросшая лесом. В мирное время это внутреннее пространство могло служить местом стоянки караванов и рыночной площадью, а в военное - местом загона для скота и укрытия сельского населения ближайшей округи. Короче говоря, Кыз-кермен с момента своего возникновения в V в. располагал всеми необходимыми условиями для превращения в значительный по тем временам город, и этому способствовало его расположение на древних путях, ведущих через долину Качи, перевал Кибит-богаз в Алуштинскую долину, то есть на Южный берег, и на пересечении этих путей с главной торговой трассой, ведшей из степей к Херсонесу. Однако жизнь в городе прекратилась в конце IX в.: вероятно, его разрушили хазары.

О Кыз-кермене и Тепе-кермене существует легенда. Согласно ей, Кыз-кермен был некогда хорошо укрепленным торговым городом. Правил им князь, которому во всем помогала красавица дочь. А князь и дружина соседнего Тепе-кермена непрестанно чинили обиду городу, грабя торговые караваны, пытаясь подчинить себе его жителей. Чтобы восстановить мир, старейшины Кыз-кермена решили поженить дочь князя и наследника замка. Молодые согласились, но между ними возник спор: молодой князь потребовал, чтобы невеста пришла в его замок, однако девушка была горда и считала, что вначале князь должен явиться к ней. Порешили на том, что через овраг, разделяющий Кыз-кермен и Тепе-кермен, будет сооружен мост, посередине которого и встретятся молодые. И вот в сопровождении свиты вступили они на мост, но дойдя до его середины, девушка, вспомнив старые обиды, выхватила кинжал и убила жениха. Дружина князя зарубила ее, и вновь разгорелась вражда между городом и замком. А мост развалился: огромные камни, из которых он был сложен, как гласит легенда, и сейчас еще разбросаны по оврагу, разделяющему оба городища. Легенда эта, как и многие крымские легенды, многослойна: здесь и отголоски матриархата с его более независимым положением женщины в обществе (наша героиня участвует в делах управления и владеет оружием, не соглашается подчиниться власти мужа); здесь и свойственные раннему средневековью противоречия между интересами торгово-ремесленного населения города и феодальными раздорами; здесь, возможно, и память о землетрясении и причиненных им разрушениях.

Качи-кальон находится в 8 км к югу от Бахчисарая. Как и все "пещерные города", он расположен на отроге Внутренней гряды на высоте 450-510 м над уровнем моря. Из Бахчисарая сюда можно приехать автобусом до села Предущельного.

Миновав скалу Таш-аир, за родником, вытекающим из-под огромной глыбы, вновь выходим на шоссе. Вскоре показывается похожая отсюда на нос корабля скала Качи-кальона, наверху изрезанная трещинами, образующими изображение огромного креста. Отсюда - одно из объяснений названия скалы - "крестовый корабль". О Качи-кальоне не сохранилось письменных свидетельств, археологически он мало изучен, и дошедшие до наших дней предания о том, что здесь когда-то находилось языческое капище "с истуканом того же имени", по словам известного крымоведа В. X. Кондараки, возможно, правдивы. Впрочем, зрелище Большого грота с вытекающим прямо из скалы источником и растущим перед ним вековым деревом вряд ли кого может оставить равнодушным. Мало найдется на земле мест, которые бы с большим основанием заслуживали названия храма в полном смысле слова, но воздвигнутого самой природой. Еще большее впечатление он должен был производить на наших предков, поклонявшихся скалам, деревьям, источникам. Следы языческих верований сохранились здесь до последнего времени: еще и сегодня на ветвях старой черешни завязаны узелки из лоскутков ткани. По-видимому, не случайно возник здесь монастырь: христиане нередко сооружали храмы и часовни в местах, почитаемых язычниками святыми.

Тропа, поворачивающая вдоль скалы к юго-западу, приводит на территорию поселения, усеянную множеством обломков скал, оторвавшихся от основного массива и заваливших крутой склон к реке. В скальных глыбах вырублены помещения, тарапаны, часовни с гробницами; встречается много высеченных крестов различной формы - вписанных в круг, с простым пли двухлопастным расширением на концах. От "носа корабля" - начала скального массива - некогда шла в юго-западном направлении оборонительная стена, сложенная из тесаных известняковых блоков с включением лежавших на ее пути скальных глыб. Она изображена на рисунках путешественников XIX в. Остатки стены прослеживаются вплоть до церкви, высеченной в большом, отдельно стоящем обломке скалы. Размеры ее невелики - 4 х 2,5 м, ориентация на юго-восток. На сохранившейся фотографии видны деревянные навесы над двумя входами (один из них ведет в алтарь) и деревянные двери. В нише над первым входом вырезан равноконечный крест. Внутри церкви вырублены скамьи для прихожан, и несколько гробниц; полукруглая апсида некогда была отделена деревянным иконостасом. Поблизости от церкви - несколько "однорогих" надгробий, остатки кладбища, окружавшего храм. В обломке скалы за церковью некогда была усыпальница, позднее переделанная в виноградодавильню.